- Сообщения
- 4.590
- Реакции
- 5.050
12 апреля 1977 года на колхозном рынке Черкесска к продавцу-адыгейцу обратился молодой мужчина с просьбой разменять две купюры по 25 рублей. В другое время торговец, вероятно, выполнил бы эту просьбу, но буквально накануне сотрудники милиции предупредили торговцев рынка о необходимости сообщать обо всех подобных случаях.
Продавец вежливо отказал, а как только мужчина отошёл от него, поспешил к дежурившим на рынке милиционерам. Те нагнали неизвестного и проверили у него документы. Бумаги оказались в порядке: Баранов Виктор Иванович, 1941 года рождения, житель Ставрополя.
Но когда мужчину попросили показать содержимое портфеля, который был у него в руках, то в нём обнаружилось почти 2000 рублей новенькими 25-рублёвыми купюрами.
Баранова доставили в отделение, где на вопрос, кто он такой, мужчина спокойно ответил: «Я - фальшивомонетчик!» Так стало известно имя самого гениального изготовителя поддельных денег из Ставрополя за всю историю Советского Союза.
Деньги Виктор Баранов полюбил ещё в детстве, однако вовсе не в том смысле, который вкладывает в это выражение большинство граждан. Мальчик собрал коллекцию старых банкнот, которые казались ему настоящими произведениями искусства. Витя интересовался тем, как они изготавливаются, но дальше простого любопытства дело тогда не пошло.
Он хорошо учился в школе, посещал художественную студию, писал картины и делал отличные копии с таких шедевров живописи, как «Утро в сосновом бору» Шишкина.
После седьмого класса Виктор уехал в Ростов-на-Дону учиться в строительном училище. За год он овладел специальностью плотника-паркетчика, но хотел стать лётчиком. В аэроклубе парень стал заниматься парашютным спортом, совершил несколько прыжков. Хотел пойти служить в ВДВ, но от этого намерения его отговорила мама. В итоге, закончив водительские курсы ДОСААФ, срочную службу Виктор Баранов проходил в автомобильном батальоне.
Профессия водителя оказалась удачным выбором - впоследствии Баранов устроился на работу в гараж Ставропольского крайкома КПСС, возя первых лиц региона, в том числе и будущего генсека партии, а затем президента СССР Михаила Горбачёва. Причём происходило это в ту пору, когда Баранов уже вовсю трудился над созданием собственной технологии производства денег.
При этом светлая голова Виктора Баранова всегда была полна идей. После армии он много раз предлагал различным предприятиям различные свои усовершенствования и изобретения. Его хвалили, но предложенные им рационализаторские предложения не внедряли.
Он предложил Комитету по изобретениям при Совете министров СССР изящное решение проблемы сортировки картофеля, пытался внедрить на винзаводе складывающиеся ящики для перевозки стеклотары, но главный инженер прямо заявил изобретателю: «Мне это не надо. И тебе не надо».
Предприятия, ориентированные на выполнение плана, не хотели тратить время на внесение каких-либо изменений в технологии производства, опасаясь, что это приведёт к временному снижению темпов выпуска продукции.
И тогда он решил взяться за освоение технологии, которой он интересовался ещё в детстве, - производства денежных знаков.
«Когда я начинал делать деньги, был на сто процентов уверен, что ничего не получится. Но было интересно проверить свои возможности» - вспоминал он много лет спустя.
Сегодня информацию о различных технологиях можно почерпнуть на просторах интернета, но полвека назад Сети ещё не существовало. Баранов добывал нужную ему информацию по крупицам, специально ездил в Москву, в библиотеку им. Ленина, для изучения полиграфической литературы, имеющейся там.
В Ставрополе он бывал в типографии издательства «Ставропольская правда», где увидел клише высокой печати. Свою технологию производства рублей изобретатель разрабатывал 12 лет.
Нужно признать, Баранов был абсолютным уникумом. Он на профессиональном уровне овладел специальностями полиграфиста, художника, фотографа, химика, гравёра, сумел овладеть технологией производства бумаги с водяными знаками, и его продукция была лучшего качества, чем продукция Гознака. Изобретателю пришлось нарочно ухудшать уровень фальшивок, чтобы его купюры не бросались в глаза.
Лабораторию он создал в сарае собственного дома. Соседи периодически бывали там и не видели ничего подозрительного - самые важные части своего оборудования Баранов прятал в разобранном виде под стеллажами.
Первой его продукцией стали около полусотни 50-рублёвых купюр. Фальшивомонетчик запустил их в оборот и убедился - большинство не отличает его продукцию от выпускаемой Гознаком.
После этого Баранов занялся производством купюр номиналом 25 рублей. Следователям он объяснил - банкнота в 50 рублей по степени защиты уступала 25-рублёвке, а его интересовала не нажива, а овладение техникой производства.
Баранов добился своего - его купюры в 25 рублей стали почти неотличимы от настоящих и с лёгкостью сбывались им на рынках.
Свою продукцию он разменивал на рынках, получая на руки купюры Гознака. Жене на расходы Баранов выдавал только «государственные» деньги.
Как бы ни были хороши купюры изобретателя, при помощи специальных средств сотрудникам Госбанка СССР удалось установить, что речь идёт о подделке, хоть и самого высокого качества.
К 1977 году по всей стране были обнаружены 46 фальшивых купюр пятидесятирублёвого номинала и 415 - двадцатипятирублёвого. Дело было взято на особый контроль.
Особое внимание было обращено на профессионалов, сотрудников Гознака. Другая версия предполагала, что вброс крупной партии купюр – это спецоперация ЦРУ по подрыву экономики Советского Союза.
Сначала сыщиками было установлено, что все фальшивки имеют единый источник происхождения. Затем стало ясно, что центром производства является Ставрополь, где обнаружено наибольшее количество подделок.
Кольцо вокруг Виктора Баранова сжималось, и, что самое удивительное, он об этом знал. Являясь внештатным сотрудником ОБХСС, он возил в рейды оперативников Александра Никольченко и Юрия Баранова, которые в это время уже вели поиски «банды фальшивомонетчиков».
К апрелю 1977 года фальшивомонетчик решил, что ему пора свертывать свою деятельность. Оборудование он разобрал, намереваясь развезти его по окрестностям Ставрополя и раскидать по болотам. Но неудачная попытка сбыть ещё несколько купюр в Черкесске помешала этим планам.
После задержания Баранова следователи отказывались верить в то, что производство денег он наладил в одиночку. Считали, что бывший водитель крайкома партии - мелкая сошка, которая берёт всё на себя, дабы выгородить «главарей банды» из числа представителей власти.
Но после того, как в сарае у него дома был найден печатный станок оригинальной конструкции и пять тетрадей с описанием многолетних исследований, к Баранову отнеслись серьёзнее.
Из Москвы в Ставрополь прилетела группа экспертов, на глазах у которых он создал на бумаге водяные знаки, прокатал высокую и глубокую печать, обрезал лист и нумератором нанёс казначейский номер.
Глава МВД СССР Николай Щёлоков получил от Виктора Баранова, помещенного в СИЗО письмо на 10 листах с рекомендациями по защите денег от подделок.
Многие фальшивомонетчики СССР поплатились за него жизнью. Но суд учёл то, что Баранов сотрудничал со следствием, то, что он действовал в одиночку, а не в составе криминальной группировки, и то, что объёмы произведённых им купюр были относительно невелики (33 454 рубля, из которых сбыты были 23 525 рублей).
В итоге Виктора Баранова приговорили к 12 годам лишения свободы. В исправительно-трудовой колонии города Димитровграда Баранов заведовал художественной самодеятельностью, которая регулярно занимала первые места на конкурсах среди исправительных заведений.
А большая часть оригинальных разработок «фальшивомонетчика № 1» была тем временем внедрена на Гознаке.
Как-то Баранова спросили, почему при своём таланте он делал только советские рубли, а не американские доллары. Главный фальшивомонетчик СССР усмехнулся и ответил, что ему это было просто неинтересно: «Доллары можно печатать дома элементарно, как заваривать кофе».
